Питт не откликнулся на шутку. Он постарался расслабиться, молча откинувшись на спинку кресла. Затем повернулся и посмотрел на Джордино, его глаза округлились:

— Что с тобой случилось? Ты ранен?

Джордино бросил на Питта наигранно печальный взгляд:

— Ты когда-нибудь слышал, что можно сделать «мертвую петлю» на гидросамолете?

— Кажется, это следует делать время от времени, — парировал Питт с искорками в глазах.

— В следующий раз предупреждай пассажиров. Я прыгал по салону, как баскетбольный мяч.

— Обо что ты так стукнулся головой? — лукаво спросил Питт.

— Тебе обязательно надо это знать?

— А все-таки?

Джордино вдруг засмущался:

— Если тебе так интересно, это была дверная ручка сортира.

Какое-то мгновение Питт выглядел удивленным. Затем он запрокинул голову назад и разразился оглушительным хохотом. Веселье было таким заразительным, что Джордино вскоре присоединился к нему. Смех заполнил кабину и даже заглушил шум моторов. Прошло около тридцати секунд, прежде чем веселье улеглось и вернулось понимание серьезности пережитой ситуации.

Голова Питта была ясной, но усталость постепенно затуманивала разум. Долгие часы полета и напряжение недавней схватки сделали свое дело, и тело требовало отдыха. Он думал о приятном запахе мыла, прохладном душе и хрустящих чистых простынях, и они почему-то стали жизненно необходимы для него. Он посмотрел из окна кабины на Брейди Филд и вдруг вспомнил, что действительным пунктом назначения для них была Первая Попытка, но мрачный призрак или, лучше сказать, явление из прошлого, заставило их изменить курс.

— Вместо того, чтобы садиться на воду и курсировать вдоль борта Первой Попытки, я полагаю, нам лучше приземлиться на Брейди Филд. У меня такое предчувствие, что несколько очередей все-таки угодило нам в корпус.

— Хорошая идея, — отозвался Джордино. — Если честно, я что-то не настроен на прыжок с парашютом.